medical marijuana card discount
Эпос о Заратуштре.

24 сентября

Разместил admin

Истина укрыта в веках,
Скрыта в истлевших страниц лоскутах,
Много где о Благой Вере писали,
При этом истории толком не знали.

Домыслы разные, всякие бредни,
Байки, рассказы, глупые сплетни.
Я же поведаю вам, то что было,
То, что по текстам восстановимо.

Тексты такие я взял за основу,
Авесту, в ней Гаты и Ясна, и доброе слово.
Историков разных, теории, догмы,
И книги научные, чтоб с переводом.

Авторам этим скажу благодарность,
Бойс Мэри за ее популярность,
Рыбенкову, Валетову за их материалы,
Пастухову, Мачинскому за их идеалы.

Советской науке за ее наработки,
Ее переводы, ее разработки.
Археологам нашим большое спасибо,
За раскопку Маргуша – древнего мира.

Еще за Восточную литературу,
Переводы удачные,
И за культуру.

Собрал, что нашел все воедино,
Собрал, чтобы понятнее было.
По мотивам сих текстов собрал наставленье,
Не судите уж строго мое вы творенье.

Старался писать я понятно и просто,
Старался контекста держаться я жестко,
Источников древних, а может не очень,
Ученых исследований правдивых и точных.

Здесь много имен незнакомых заумных,
Названий древних, терминов мудрых.
Прошу посмотреть на нижний словарик,
Там перевод и комментарий.

Вот вроде бы все, дорогой мой читатель,
Зороастризма истории ты обладатель….

Яшт 1. Сотворение и три эры.

Во времени безграничном,
Времени долговечном,
Времени неисчислимом,

В пространстве самодержавном,
Пространстве нерушимом,
Пространстве непоколебимом,

В свете невыразимом,
Свете непобедимом,
Свете негасимом,

В мудрости несравнимой,
Мудрости непогрешимой,
Мудрости человеколюбивой,

На пустоте положил ты Бытие,
Мириады миров, мириады созвездий,
Создал жизнь на Земле,
В благом намерении.

Солнце создал, планеты,
Луну и кометы,
Чтобы духовные силы,
В материи плотской отобразились.

И упокоился во благе творенья,
Создав человека своим намереньем.
Дабы следил тот за миром,
Будучи здесь и стражем, и сыном.

Плоть же была уязвима,
Для демонов другого мира.
Не мирились они с Творца доброй волей.
Хотели они страха и боли.

За границей бытия – небытие,
За границей небытия – забвение,
Там Ахримана мерзкие творения!

Предателя демона,
Лживого намерения,
Сбежать с преисподней,
И уничтожить благие творения.

Коварно прикрывшись тем,
Что Творец добр,
И не убивает ничего во времени.

Задумка же Творца,
Гениально проста,
Духовного мира творения,
Выразить в форме материи,
Сделав вселенную,
Лучшим местом времени.

Чтобы она была чиста,
Чтобы она была добра,
Чтобы она — лучшим из двух миров была!

Ахриман прокрался к Земле,
Спрятался в воде,
Поджидая первые творения к беде.

Вода посолонела,
Указав на Ахримана тело.

И где бы, бес не появился,
Везде, свет тьмою становился.

Так и бродил он по планете,
Ища где б человека встретить.

И вот, у потока реки,
Что стекает с горы.
У подножья,
На берегу,
Увидел демон человека трудящегося в поту.

Увидел быка, что землю пахал,
Увидел огонь, что жилье согревал,
Увидел растения, что смерти не знали,
Увидел все это и зарыдал.

И Солнце увидел – благое светило,
Что воды реки с утра освятило,
И воды проточные,
Источников воды,
Стоячие воды
И воды морей.
И было все в мире так превосходно,
Так здорово и хорошо,
Что долго сам бес любовался твореньем.

Но было злым его намеренье,
Решил он убить живые творенья.

Убил человека,
Убил и быка,
Убил и растенья.

Как черная плесень расползся по миру,
Как червь, что сжирает трупы в могиле.

И портил он все, к чему прикасался,
И вот уже мир его личным казался.

Воззвала Земля могучего Мазду,
Воззвали растения великого Мазду,
Воззвал огонь, несравненного Мазду,
Воззвали все вместе хранителя Мазду.

Откликнулся Мазда святой и бессмертный,
Откинулся Мазда благой милосердный.
Что сделалось с миром,
Что сделал ты с миром?!

Бес усмехнулся.
Придется тебе, Творец, измениться,
Придется всё рушить, иль со мной примериться.

И создал, сей демон, помощников тучу,
Помощникам тучу, а тучи две тучи.
И предан был мир на попрание бесам,
Чтобы не служить Творца интересам.

Так закончилась эра творенья,
Положив начало эры смешенья.

Как отец для сына,
Так и Творец
Для благих сего мира.

Не убьет отец больного сына,
А Творец
Не разрушит этого мира.

Мощный, сильный,
Цельный, здоровый,
Обильный, благой,
Щедрый, святой.

Создал он бессмертных,
Помощников благих,
Повелевающих и прозорливых,
Возвышенных и благочестивых,
Божественных и сильных,
Нетленных и непобедимых.

Семеро единодумных
Семеро единогласных,
Семеро единовластных,
Имеющих мысль, и слово,
И дело одно и тоже,
И одного родителя,
И одного повелителя,
Творца – небожителя.

Видящих душу друг друга
В думах о мысле благой,
В думах о слове благом,
В думах о деле благом,
В думах о Доме Хвалы,
Летящих по светлым путям,
В свете одном.

Творений Мазды,
Они — творцы, созидатели,
Создатели и хранители,
И стражи, и покровители.

По своему изволению
В жизнь превратят создание
Без умирания, без увядания
Без истления…

Бессмертные зло ненавидят,
Бессмертные лжи ненавидят,
Бессмертные все дело плохое увидят.

Рассеяли растений они мириады,
Животных сотни и сотнями тысяч,
И семя людское умножили в мире,
Чтоб люди из праха восстали и жили.

Но вновь Ахриману не спится,
Вновь хочет он поглумиться.

Извратил он пути человека,
Чтобы в небытии он прозябал от века до века,
Чтобы выбирал меж тьмою и светом.

Смешалось добро и зло,
Время новое пришло.

Тогда же Творец создал и Митру,
Тысячеухого,
Чьих глаз мириад,
Который бьёт метко
Своей булавою
По бесов башкам.

Укрылся со страху тогда Ахриман,
В бездне полный позора,
Укрылся на долго он в небытие,
Оставив испорченным мир,
Полным мерзких творений.

И демонов, бесов,
И даэвов – монстров.
Злых дел и поступков,
И мыслей коварных.

На роды вперед наложил он проклятья,
Болезней ужасных, напастей опасных,
И злобных людей он расплодил.

Смешалась здесь все,
Как соль в море,
Как золото в камне,
Срослось как земля с сорняком.
Ведь чтобы очистить воду от соли,
Ее нужно выжечь, убив в ней живое,
А золото нужно расплавить, расплавив и камень,

Поэтому Творец, ничего и не рушит,
Когда время придет, само все и рухнет.

Хорошим награду Он даст, несомненно,
Плохих же утопит в реке Он из лавы безмерной.

И мудрость Творца бесконечно велика,
Ведь чтобы очистить наш мир,
От бесов, болезней, лживых учений,
От злобных людей, Ахримана творений,
Его было б нужно разрушить,

Но Творец беззлобен,
Чтоб что-нибудь рушить.

На весь цикл рода земного людского,
Который уже был, есть или будет,
Он создал благую идею,
Благим Он дарует фравашей,
Защитников мудрых,
Заступников сильных.
Благим Он дарует путь покаянья,
Благим Он дарует бессмертную жизнь,
В мире потустороннем – мире духовном,
Откуда сам Мазда и наша вся жизнь.

Он дарит свободу и мудрость,
Бороться с неправды коварством,
И силу, и разум, бороться со злом,
И звучное слово, и доброе дело,
Чтоб жизнью мы жили, а не бродили.

Благим он подарит спасенье от ада,
Благим он подарит свое житие,
Достойными он всем обещает награду,
Воскреснуть из мертвых,
В тот день, когда роду людскому настанет конец.

Он всех их поднимет,
Достойных и добрых,
И всем  хаомы даст белой испить,
Дабы каждый пришедший,
Стал равным бы Мазде,
Его ипостасям.

И вновь обратятся все люди на Землю,
И в этот раз будет все отлично,
И Мазда нам будет другом и братом,
И Мазда устроит нам вечную жизнь.

Земля же та будет, как сад, что весною,
Земля же та будет, как сладостный пир.
И будем едины с Творца мы истоком,
Единой душою, единой семьей.

И с нами там будут все фарохары,
Святые там будут,
Фраваши там будут,
Все Мазды благие творенья прибудут тогда в этот мир.

Не Ахриман же, не бесы,
Не выйдут за межу,
Данную им.

И будет здесь сказка,
И будет здесь радость.

Ну, а пока, до скончания рода людского,
Всем добрым, благим, пострадавшим невинно,
Всем тем кто, боролся за правду и был побежден,
Всем против истины преодоленных,
Изгнанным за доброе слово, добрую мысль или дело,
Всем тем, кто добро в себе отражает,
Всем тем, кто добро в своем сердце содержит,
Всем тем, кто надежду на правду питает,
Всем тем, кто за истину в мире почил,
Тех рай ожидает, покой ожидает,
И отдых от тяжких забот.

Жизнь человека – благого творенья,
Дана для того, чтоб с тьмою бороться,
Дана для того, чтоб помочь божествам.

Жизнь человека – злого творенья,
Проходит во скверне, во всякие дни,
Она в разрушеньи,
Она – это трусость,
Она – это подлость,
Она вся в коварстве, горделивой спеси,
Она вся во лжи и насильи,
Черны те пути.

И их ожидает награда от Мазды,
В аду преисподней, почнет их душа.

Таков будет итог эры смешенья,
Конец и начало людского пути.

А дальше последует век разделенья,
Век мира, любви…

Яшт 2. Пророк доброй веры.

В степи на Востоке от Волги широкой,
В степи необъятной,
И очень далекой.

В то время, когда люди железа не знали,
В то время, когда они все враждовали,
Во время смены меди на бронзу,
Во время владык глупых и грозных,
Во время, когда доброму делу не было места,
Во время, когда убивали даже невесту.

Там где были божеств мириады,
Там где бродили кочевые отряды,
Там где земли от войн покоя не знали,
Там где ночами стражи не спали.

В мире жестоком,
В мире кровавом,
В мире далеком.
В племени неком,
В году неизвестном,
В роде Спитама,
У Поурушаспы,
Родился сын,
Нареченный потом Зороастром.

С семи лет он отдан был в обученье,
К жрецам, волхвам и целителям верным,
Учился прилежно, он горя не зная,
Учился он знаниям, смысл познавая.

Вбирал он познанье,
Вбирал он и мудрость,
Законы богов,
И обрядов премудрость.

Тогда поклонялись и Ардви, и Митре,
Ахурам великим и бесам безликим,
Тогда поклонялись Ахримана даэвам,
Чтобы служить им и словом, и делом.

Тогда земледельцы мирно землю пахали,
Тогда же кочевники их донимали,
Тогда же герои крестьян защищали,
Врагов и драконов они убивали.

Тогда же Кэрсаспа,
Могучий и стойкий,
Тогда же Кэрсаспа,
Правдивый и бойкий,
Тогда же убил он змея – дракона.

Сэрвару – рогатого,
Жравшего коней,
Сэрвару – кровавого,
Желтого беса,
Жравшего людей без счета и веса.

Тогда же жил Туса,
Отважный и храбрый,
Что защитил всех от Ваэсаки — гада.

И Время то было не, то что поныне,
Учения правды не было в мире.
Герои сменялись и уходили,
А люди все так же страдаючи жили.

Взглянул тогда Мазда, святой и бессмертный,
Взглянул тогда Мазда, благой милосердный,
Что нет для людей спасения в мире,
А нужно, чтоб они обратились и жили.

И выбрал Ормазд тогда человека,
Который расскажет всю правду об этом,
Который напишет ученье,
Который опишет добра наставленья,
Который сломает идолов — бесов,
Который послужит благим интересам.

И выбрал Он одного из миллионов,
И дал ему путь никем непройденный.
И дал ему дух никем несраженный,
И дал ему слово благое и дело,
Обращать людей в добрую веру.

В пятнадцать лет ушел он из дома,
В поисках истины, в поисках слова.
Долгих пятнадцать лет он скитался по свету,
Вбирая знания, получая ответы.

И стал он тогда заратором могучим,
Жрецом и целителем, праведным лучшим,
И стал он тогда ваэдэмна умным,
Исполненным мудрости благой и премудрой.
И был он мантраном – бродячим,
Заклинателем был от напастей ходячих.

И видел он зло, что в мире творилось,
И видел войну, что вокруг приключилась,
И видел он голод,
И видел напасти,
И видел, истерзанных лица и пасти,
И видел, правителей грозных и глупых,
Ведьм своенравных, колдунов изрыгнутых,
И демонов видел, коим поклонялись,
И жертвы им видел, что на холмах поставлялись.

И видя все это безумство,
Молил он Ормазда на закате и утром:
Просил он Его сказать ему имя,
Которое лучшее, прекрасное в мире,
Которое будет самым целебным,
Которое будет самым победным,
Которое изгонит всех бесов — даэва,
Которое действенней любого тотема.

Тогда б сокрушил бы он бесов даэва,
Людей – земледельцев забрал бы из плена,
Тогда б он со злом мог потягаться,
Чтоб людям помочь с ним поквитаться.

Не медлил Ормазд Заратуштре с ответом,
Случилось это весенним рассветом.
Зашел Заратуштра в середину потока,
Чтобы набрать воды для хаомы – сока,

И вышел на берег и отряхнулся,
И дымке утра он ужаснулся,
В воздухе свежем возникло виденье,
Некто блестящий с благим намереньем.

То была мысль благая – Воху-Мана,
Она Заратуштру с собою позвала,
Мысль же благая светом играла,
Тень под ногами его исчезала.

В месте заветном, месте секретном,
Встретил пророк святых и бессмертных,
Целостность встретил,
Праведность встретил,
Мазду Ахуру лично он встретил,
Встретил бессмертие, благочестие встретил,
Целостность встретил, с мыслью приметил.

В свете блестящем, в свете парящем,
Получил откровение о грядущем и настоящем.

О том, что Мазда один предводитель,
Один Он творец, один повелитель,
О том, что создал Он святых и бессмертных,
Создал Он людей, благих милосердных.

Узнал Заратуштра об аде и рае,
Узнал об ожидающей правдивых награде,
Узнал он о демонах — бесах,
Служащих зла интересам.

Познал он пути мира и скверны,
Познал он величие света и бездны,
Познал он, что истина высшее благо,
Познал, что благой возымеет награду.

Познал он все это, и исчезло виденье,
Оно растворилось, дымкой вечерней.

Теперь Заратуштра знал все ответы,
Знал он пути и Ахуры приметы.

Теперь ему Мазда в вере открылся,
Сам Он следил, чтоб пророк не оступился.

ЯШТ 3. Искушение пророка.

Узнал Заратуштра Ормазда сознаньем,
Его умом и его пониманьем,
Что человек обязан делать свой выбор,
Меж Ахриманом и Ормаздом на выбор.

Что должен он с мерзостью всякой бороться,
Что должен он с ней всяким делом бороться,
Что должен он ее побеждать даже в мыслях,
Что должен ее отвращать и от ближних.

Разжег Заратуштра огонь Вархарана,
Огонь, на чистых дровах, благовоньях и травах,
Огонь, то образ Ормазда в мире,
Из-за него теплится жизнь и поныне.

Еще узнал пророк о теле человека,
О том, с чем тот существовал от века до века,
То, разум, то фарохар, то жизненная сила,
И та душа, что в рае почила.

Так был направлен пророк во служенье,
Пастырем нищих, пастырем бедных.
Ведь сильным, великим не нужно защиты,
Им нужно истине сердце открыть бы.

Нужно уметь различать благое и злое,
Не творить разрушенья, не делать разбоя,
Не лгать, не блудить, не оскверняться,
Не умышлять дрянного, не возгорждаться,
Не вынуждать, не убивать лживым коварством,
Быть милосердным, достойным Ормазда.

Трусостью, наглостью или фиглярством,
Словом коварным, силы ударом,
Слабых обидеть, много не надо,
Слабых ограбить – силы не надо,
С сильным, злого приспешник,
С Ормаздом сразись, проклятый ты грешник!
Где будет тогда твоя спесь и победа?
Где будешь ты, исчадье даэва?

Не так рассуждал злой дух Ахримана,
С Востока примчался он окаянный,
Из небытия, из преисподней,
Пророка решил он смерти исполнить.

Но отступило от Заратуштры напастье,
Бежало оно обратно с несчастьем.
О, Ахриман, преисподней владыка!
Нет ему смерти и боли великой,
Он непорочен, исполнен он счастья,
Он убивает словом напасти!

Встал Заратуштра, взял камни он в руки,
И объявил злому он духу,
Иду истреблять твои я творенья,
Иду истреблять изваяния дэвов,
Иду истреблять злых намеренья,
Иду истреблять я все навожденья.
Исполнен он был Ормазда признанья,
Исполнен он был негодованья.
Истории больше не измениться,
Злому Духу так просто уже не резвиться.
Заложен был камень в основание дома,
Дома добра, дома покоя.
Места, где каждый найдет отдохновенье,
Где всякий познает добра наставленье.

Тогда же Ахриман зломудрый,
Обратился к Заратуштре премудро.
Ты человек, от матери смертной рожденный,
Живи своей жизнью, будь ты ученым.
Дам я тебе власти над миром,
Дам все, что у царя Вадагана было.
Дам тебе много скота и народа,
Дам тебе разных источников воды.
Дам тебе все, о чем ты попросишь,
Только брось Заратуштра все то, что ты можешь.
Отрекись Заратуштра от веры в Ормазда,
И будет тебе счастье и будет награда.

Знал Ахриман, что сам человек свой путь выбирает,
Надеялся он, что Заратуштру этим поймает.
Но не поддался пророк искушенью,
Ответ был суров в его отношенье.
Не отрекусь от доброй я веры,
Даже хоть кости б мои бы истлели,
Даже если б душа разошлась бы и с телом,
Не отрекусь я, Злой Дух, от доброй той веры!

Ахриман тогда обозлился,
О, человечишка, что возомнил ты?
Чем сразишь моих ты созданий?
Что ты поставишь против миллионов сих тварей?

Ответил ему тогда Заратуштра,
Священной ступкой,
Священной чашей,
Священной хаомой,
И делом хорошим, и мыслью и словом,
Владыкой Ормаздом, святым и великим,
И словом его, и заклятьем защитным.
Оружие это создал Спента-Манью,
Ормазда в защиту я призываю!

Воспел Заратуштра гимн Ахуна-Варья,
Убрался Злой Дух прочь,
С пути все сметая.

Так по преданиям древним,
Текстам великим и незабвенным,
Злой Дух искушал пророка безмерно,
Чтоб не возникла бы добрая вера,
Чтобы каждый, кто в мире родился,
Злу отдавался и не стыдился.

Яшт 4. Проповедь пророка и изгнание пророка.

Дорогою долгой,
Дорогою сложной,
Шел Заратуштра домой,
С верою доброй.

Домой, наконец, пророк возвратился,
Надежду народу всему дать решился.
Вернулся в страну, что когда-то покинул,
Вернулся туда, где родился и вырос.

Он проповедовал об аде и рае,
О том, что все отвечают делами,
И нищий и знатный, богатый и бедный,
Что нет прегрешающим спасенья от бездны.

Что есть лишь один Творец по имени Мазда,
Создавший бессмертных святых благонравных,
Что лучше людям скотом и землей заниматься,
Чем в грабеже и набегах друг с другом сражаться.

Учил он, что нужно отвращаться даэвов,
И всякого зла, служить людям примером.
Раскрыл он все, что было и будет,
И суд над душою, что с Митрой прибудет.

Примерно так, учил он народ наставляя,
Но не слушали невежды все в смех обращая.
Не признавали они в Заратуштре пророка,
Считая его не особо далеким.

И как не старался Зороастр в наставленье,
Было тщетным его поученье.
Потому что Ахриман спутал все в эру смешенья,
Люди жили, как скот без разуменья.
Они думали так,
Что большая жертва дает искупленье,
Что богатый и знатный имеют спасенье,
Бедный и слабый, им нет сожаленья,
Всем кто не может приносить подношенья.

Они думали так,
Что колдуны их защищают,
Что ведьмы их души лечат, спасают,
Они поклонялись и людям, и бесам,
Творили безумства с большим интересом.

И оргии страстные, и приношенья,
Врагов убивали для подношенья.
И жили они тот путь сохраняя,
Не нужно им было не ада не рая.

Восстали тогда жрецы на пророка,
Восстали и преследовали сильно жестоко.
И брата двоюродного Маидйоиманха,
Что веру один принял от Зороастра.

Взмолился тогда пророк Мазде,
Просил он его о силе и власти,
Просил дать скота и наставленья,
Просил дать защиту семье от нападений.

Просил защитить от ведьм и шаманов,
От воинов злобных и карапанов.
Но знал уже это Ормазд – владыка,
И видел Он все, негодуя велико.

Направил стези Заратуштры Он в земли Виштаспа,
Правителя мудрого, владетеля царства.
Туда, где не враждовали,
Туда, где закон все соблюдали.

Ормазд начертил судьбу Заратуштре,
Быть основателем веры, доброй и лучшей.
Через жену царя Хутаосу,
Пророк раскрыл волю Ормазда народу.

И спорили с ним сто сорок ученых,
Звездочетов, шаманов мудреных.
Но был Заратуштра исполнен познанья,
Всех победил он благими словами.

И обратилось, то царство от колдовства и даэва,
От скверны всякой, что причиняла проблемы.
Нашел там покой пророк Заратуштра,
Огонь Вархарана разжег наилучший.

И выдал он замуж дочь Поуручисту,
За советника царского Джамаспу,
Что помогал в управлении царством.

И трое сыновей с ним прибывали,
И веру, и мудрость они умножали.
И радость в сердце народа почила,
Такая та вера добрая была…

Яшт 5. Битва за веру.

Когда добрая вера расцвела как цветок,
Когда добрая вера струилась,
Что живительной влаги поток,
Когда добрые дела достигли и Ахримана,
Тогда Арджасп правитель Хияна,
Решил наказать царя Виштаспу,
За веру в Ормазда и маздаянство.

Послал он посольство в Эран-шахр Видрафша,
Во главе с колдуном Намхвастой.
И войска отборного двадцать тысяч,
Чтоб напугать царя и унизить.

Тогда же Джамасп говорил и Виштаспу,
Явились посланника два от Арджаспа,
И войска отборного с ними двадцать тысяч,
Хотят они встречи с тобой повелитель.

Хотят они письмо зачитать громко, прилюдно,
Слова правителя своего выразить мудро.
Дозволь им сие сделать, владыка,
Пусть огласят его и уйдут с почетом великим.

Дозволил Виштасп сделать им это,
Абрахам – глава канцелярии,
Зачитал послание это.

И вновь искушал Ахриман человека,
Надеясь отвратить его от блага и света….

И слышали мы, Владыка,
Что вы приняли новую веру,
От которой могут быть,
Большие проблемы.
От которой могут быть разрушенья,
Убийства большие и поношенья,
Откажитесь от веры в Ормазда,
А то не останется у вас даже царства.
А если откажитесь от доброй той веры,
Мы наградим вас золотом, серебром,
Не знаючи меры,
Будем дарить жеребцов и украшенья,
Благовонные масла и подношенья.
Оставайтесь с нами, Владыка,
Будем единоверцами, как это и было.

Ушли те посланники с почетом обратно,
И защемило тогда в груди у Виштаспа,
И сердце заныло от боли грядущей,
Осунулся царь, благой, всемогущий.

Просил же Зарер тогда, брат владыки,
Дозволить ответ написать не двуликий.
Просил же тогда Зарер – полководец,
Ответ написать, друзьям преисподней.

Дал добро на сие, Виштасп – владыка,
Зарер отвечал прямо и не двулико.

Мы не откажемся от веры той маздаянской,
И через месяц сразимся,
С вашим войском бесстрашным.
В Светлой Роще, где нет, не гор ни оврагов,
Мы сойдемся войсками,
Вы слева, мы справа.
Пусть трепещут Ахримана творенья,
Пусть знают все хийоны Виштаспа — царя намеренье.

Скрепили письмо то царской печатью,
И отослали Арджасповой рати.

И зажглись огни на горах и высотах,
На холмах, башнях и переходах.
И брошено было по всему царству,
Всем от десяти до восьмидесяти явиться к Виштаспу!

Месяц собиралось то войско из царства,
К битве, готовясь против Арджаспы.
Меди кольчуги, колесницы и стрелы,
Копья, мечи, топоры, все без меры.

Бронзы сверканье, колчаны для луков,
Люди жившие некогда в страхе и муках,
Вышли с Ахриманом все поквитаться,
За веру ту добрую выйти сражаться.

Остались лишь женщины, дети,
Да смотрители огня Вархарана,
Добрые эти.

И построилось войско в колонны, шеренги,
И крики достигали их бездны.
И дули там в трубы, в барабаны там били,
Где они шли, птицы гнезд даже не вили.

А если через реку войска проходили,
Воду из нее месяцами не пили.
И столько поднялось и пыли, и дыма,
Что непонятным время суток для армии было.

И тогда Виштасп приказал брату Зареру,
Поставить палатки, чтобы видеть им небо.
Рассеялась пыль, осели и тучи,
На небе месяц явился в дымке колючей.

Уселся Виштасп на трон каянийский,
Призвал Джамаспу он авестийца.
Просил он его рассказать, то что будет,
Спросил он его, не с ним ли победа пребудет?

Но взмолился Джамасп перед владыкой,
Ох, лучше мне бы быть птицей убитой,
Уж лучше б меня не рождали б на свете,
О, лучше б я выкидышем стал на рассвете!
О, лучше если б я не обладал даже знаньем,
Не словом, не мыслью, не даже сознаньем!

Клянитесь владыка, хварно Ормазда,
И жизнью Зарера, верой вам данной!
Скажите, что не отдадите меня в поруганье,
Не смерти, не врагам, не в тюрьму на попранье.

Поклялся Виштасп хварно Ормазда,
Что не сделает ничего он Джамаспу.
Еще войска на выстрел стрелы отведите,
И тогда ответ вы мой получите.

Выполнил все просьбы Виштаспа.
И слушал он предсказанье Джамаспы.

Блажен всякий, кто не родился,
Кто умер, кто ранен или убился.
Завтра многие матери лишатся детей,
Кони хозяев, отцы сыновей.

Блажен тот, кто не увидит Видрафшу,
Колдуна – осквернителя царства.
Блажен тот, кто не увидит Намхваста,
Сына Хазара – подонка Арджаспа.

Завтра падут двадцать три ваших брата,
Полководец Зарер,
Праведник Падхосравата,
Убьют и младшего сына,
Нежно любимого Фрашавариду.

Услышав сие, царь рухнул на землю,
Поднялся, схватился за меч свой он верный.
Будь ты неладен, колдун вызывающий ужас!
Ты лгун, твоя мать злая колдунья!

И то, что ты предсказал, того не сбудется в мире!
И если б не клялся, убил бы тебя я и ныне.
Воссядьте на трон свой, владыка великий,
Что будет, то будет и нет нам защиты.

Но царь покачнулся, и сердцем поник,
И сел он на землю, взгляд опустив.
Тогда Зарер просит Виштаспа,
Сядьте на трон, вы же владыка целого царства!

Я в завтрашней битве сражусь перед всеми примерно,
Хийонов убью я много – безмерно!
Тогда Падхосрава, праведник Мазды,
Убью я хийонов толпы отважных!

Встает Виштасп взгляда не поднимая,
Тогда к нему герой Спандьяд подбегает.
Воссядьте на трон, вы же царства владыка!
Сражу я хийонов завтра в битве великой!

Пусть будет так, как Джамаспа глаголет,
Быть может крепость для вас всех построить?
Не стоит делать вам такого, владыка,
Границам страны не будет защиты.

Каждый из братьев врагов уничтожит,
Стольких, скольких он сможет.
Победа нужна нам в этой битве,
Чтоб даэвов в мире нашем побить бы.

Сошлись поутру два войска великих,
С сотнями тысяч ратников битых.
Схлестнулись они словно бурные воды,
Словно стихии земные погоды.

И в битву повел их Заерер с Падхосравой,
Герой Спандьяд увенчанный славой.
Словно огонь жгущий тростник,
Словно вепря дикого крик.

И вот теснят эйранцы хийонов,
Врагов тучи, врагов легионы,
Ведут бой свой победный,
Трое героев не с кем несравненных.

И говорил Арджаспа свите,
Кто же Зарера убить выйдет?
Но все дружно молчали,
Головы стыдливо они опускали,
Арджасп же опять слова повторяет,
Тому я отдам свою дочь Зарристону,
Красивей ее нет в царстве хийонов.
Но вновь взгляда никто не поднимает,
Тогда царь Арджасп еще добавляет,
Тому дам управление царством,
И лошадей, и разного рода богатства.

Тогда Видрафш колдун, встал на ноги,
Седлайте коня, Зарера сейчас уничтожу!
Взял он копье ядом пропитанное,
Грешной водою всюду омытое.

Берет он копье и бросается в бой,
Крадется у Зарера он за спиной.
И тайно Зарера он поражает,
Что тот падает на земь не поднимаясь.

Затихли удары, луков хлопки,
Герой умирает, подлой смерти вкусив.
Теснят вновь хийоны эйранцев,
Хотят победить они всех маздаянцев.

В небе над Зарером варагн появился,
Долго над полем, он битвы кружился.

Лети птица, лети,
Туда где открыты нам все пути,
Туда где нет больше жизни страданий,
Где нет уже этих адских созданий!
Рви птица крыльями воздух, пари!
Приведи мою душу к миру, любви!
Взорви тишину над полем убитых,
Над лугом и долом кровью залитым.
Летит душа моя прямо к Ормазду,
С вестью о битве сильной, отважной.
Живите и радуйтесь люди во веки,
Мир ото зла мы отвратили на веки!
Отныне есть выбор в житии человеку,
Зло и добро имеют примету!

Сказал то Зарер,
И выпустил душу на волю,
К варагну,
Который с почетом его к Митре проводит,
Оттуда вернулся он прямо к Ормзаду,
Творцу – повелителю, хранителю царства.

Тогда говорит свите Виштаспа,
По всему вижу,
К гибели идет наше царство.
Кто пойдет и отомстит за Зарера?
Тому отдам свою дочь Хумаю,
Дам богатства без меры.

Никто из знатных не дал владыке ответа,
Лишь сын Зарера, ответил на это.
Семь лет Бастваре только было,
Лишь ему одному не страшно из знати всей было.

Но не отпускал Виштаспа Баствару,
Ибо пальцы его еще лука не знали.
Не умел он с конем еще обращаться,
Меч не поднял бы, чтобы сражаться.

Но Баствара конюшего вокруг пальца обводит,
Седлает коня, в сторону битвы тихо уходит.
Устремляется сын к телу отца,
А за ним отходящие эйранцев войска.

Вновь варагн в небе появился,
Вновь над полем битвы он проносился.
Виштасп же требует остановить ребенка,
Для чего свите командует громко.

Но прервал его предсказатель Джамаспа,
Этот мальчик спасет всех эйранцев и царство.
Прорвался Баствара к телу отца,
Увидал он его и нежно обнял.

Вновь Баствара коня седлает,
И в гущу битвы его он бросает.
А за ним толпы эйранцев,
Верные войны царя Кави Виштаспа.

Прорывается он к герою Спандьяду,
И видит, что крушит тот врагов без огляду.
Коня Баствара к царю ворочает,
Спандьяд врагов теснит, убивает!

И вновь возвращается на поле то битвы,
И вновь он врагов топчет копытом.
С горы с удивленьем Арджасп наблюдает,
Кто этот мальчик, что страх нагоняет?

Это сын полководца br / Стал равным бы Мазде,br /Зарера,
Неугомонbr / br /ное br /дитя,
Что коня отца возымело.
Тогда, Арджасп еще добавляет,
Кто убьет его, тот Бехистоной,
Дочерью моею возобладает.

И вновь Видрафш колдун, встал на ноги,
Седлайте коня, Баствару сейчас уничтожу!
Взял он копье ядом пропитанное,
Грешной водою всюду омытое.

Берет он копье и бросается в бой,
Крадется у Баствары он за спиной.
Но мальчик кричит ему возражая,
Колдун, выходи ведь я не сражаюсь!

Хоть не могу поражать я из лука!
Но жизни лишу тебя, злая гадюка!
Видрафш перед сыном Зарера смело выходит,
Копье он метает, небрежно подходит.

Конь приседает, мальчик ловит копье,
И тут же бросает на землю его.
Стрелу с колчана в ответ он метает,
Сердце колдуна точно пронзает.

И вновь в гущу битвы коня направляет.
Грамиг-карду – сына Джамаспы встречает,
Знамя победы зубами он держит,
Потому что руками врагов сильно всех режет.

О, Баствара, доблестный мальчик,
Быстрей уходи, чтоб ты не попался,
Чтобы враги затем не говорили,
Убили отца мы, убили и сына.

Благословил Баствара войско Грамига,
И помчался к Спандьяду он быстро и лихо.
Герой же Спандьяд врага донимает,
Герой же Спандьяд врага дожимает.

Веди же Баствара ты войско Эйрана!
Веди его к Грамигу- карду всех поражая!
А я отыщу владыку Арджаспу,
Чтоб наградить его во имя Ормазда!

Сжалась петля на шее хийонов,
Сжалась душа их всех без разбору.
Не стоило им за оружие браться,
Злу все равно с добром не тягаться.

Меч свой стоит держать всегда в ножнах,
Чтобы не быть, как Арджаспа сраженным.
Меч дан на то, чтобы им защищаться,
А не без разбору со всеми махаться.

Глупый не примет сего наставленья,
Мудрый последует сему утвержденью.
Истина, вот где высшее благо,
Истина злому пути есть преграда.

Поймал же тогда Спандьяд владыку Арджаспа,
Но не убил злого властителя царства.
Отрезал ему ухо, глаз, ногу и руку,
Посадил на осла и отправил хийонам в науку.

Так окончилась первая битва за веру,
Это было давно,
Это стало примером.

Много веков с тех событий прошло,
Много учений в мир наш пришло.
Много хорошего, много и злого,
Много странного и не благого.

Песками то царство давно занесло,
Имен не оставив многих давно,
Людей тех великих, загадочных судьбы,
Пророка Заратуштру уже не забудем….

Вместо эпилога.

Время сливает две части в одно,
Время парит, ему все равно.
Жизнь человека приходит, уходит,
И, бывает, вообще не к чему не приводит.

Так было всегда, так раньше и было,
Одни люди зла исполнившись, жили,
Другие фантазий, третьи сомнений,
Но не было в мире никаких изменений.

Не было людям спасения в мире,
Не было им надежды поныне.
Ведь Заратуштра посеял сомненья,
В сердце злодеев зародил он смятенье.

Первым в мире был он пророком,
Первым учителем, первым истоком.
Посеял он семя, что всходит поныне,
Изменившее все, что знаем мы в мире.

Первым он разделил зло, разрушенье,
С добра созиданием и сотвореньем.
Ушел он куда-то, когда неизвестно,
Оставив истории загадок безвестных.

Почти четыре тысячи лет всходит семя то в мире,
Влияя на все, что делалось даже поныне.
Почти четыре тысячи лет беспокоит вопрос,
Кто же он был Заратуштра пророк?

Список использованных источников:

Авеста;
Динкард;
Олма и ислам;
Зенд-и Вохуман яшт с комментариями;
«Айадгар-и Зареран» Сказание о Зарере;
М. Орынбеков “Зороастризм”;
А. Прохоров “Где жил Заратуштра?”;
А.М. Пастухов “Шах Куруш Бузург и его загадка”;
В. Орлов “Зороастризм и новые раскопки в Маргиане”;
А.М. Пастухов “Фольклор и отражение в нем древнейших мифологических представлений”;
Д.А. Мачинский «Ось мировой истории» Карла Ясперса и религиозная жизнь степной Скифии в IX-VII в. до н.э.”;
Т.Я. Валетов “Анализ Антидэвовской надписи Ксеркса”;
Мэри Бойс “Зороастрийцы. Верования и обычаи”.

Словарь терминов.

Авеста — собрание священных книг зороастрийской религии на авестийском языке.

Анхра-Манью (поздн. Ахриман) — дословно, «Злой Дух», противник Ахура-Мазды, враг Истины и всего благого в мире.

Ардви — букв., возможно, «Влага (?)», название реки, отождествляемой с Амударьёй, и божество этой реки, обычно с эпитетами Сура «Сильная» и Анахита Незапятнанная, «Чистая». Ардви-Суре-Анахите посвящен пятый яшт Авесты.

Арианам-Вайджа — мифическая прародина древних ариев на реке Вахви-Датия («Добрая, благая Датия»), дословно, вероятно, «простор ариев» или «арийский размах». В основе могут лежать воспоминания об одной из долин Памиро — Гиндукушского региона, может быть, Алайской или Ваханской.

Арии, арийцы, — индоиранские племена, называвшие себя «арья». Во 2-ом тысячелетии до нашей эры часть их (индоарии) двинулась в Индию, а оставшиеся в Восточной Европе, Средней и Центральной Азии образовали различные иранские народности, скифы, мидяне, персы, саки и др.

Ахура — владыка, господин; родовое название одной из групп индоиранских божеств, враждебных даэва — дэвам; также сокращение от Ахура – Мазда.

Ахура-Мазда — верховное божество зороастризма, букв. примерно «Господь Мудрость» (более поздняя форма этого имени Ормазд).

Аша — см. Истина.

Аша-Вахишта — название второй по святости зороастрийской молитвы (букв. «Лучшая Истина»), начинающейся словами «Истина , благо лучшее…»

Бессмертие — авест. Амэрэтат , один из Святых Бессмертных.

Бессмертные Святые — авест. Амэша-Спэнта, шесть эманаций и помощников Ахура-Мазды, которых он создал первыми из всего творения при помощи Спэнта-Маиью («Святого Духа»): «Благая Мысль»,авест. Воху-Мана; «Лучшая Истина», Аша-Вахишта; «Святое Благочестие»,Спэнта-Армайти; «Власть Желанная», Хшатра-Варья: «Целост(ност)ь»,Харватат; «Бессмертие»;Амэрэтат. Во главе с Ахура-Маздой они образуют «семёрку единосущных»,
покровительствующих соответственно всем семи благим творениям; человеку, скоту, огню, земле, небу, воде и растениям.

Благая Мысль — авест. Воху-Мана, один из Бессмертных Святых.

Ваэсака — туранский воин, сыновья которого были побеждены иранским героем Туса в Канхе.

Виштаспа — царь Кави-Виштаспа стал первым покровителем Заратуштры и распространителем его вероучения.

Власть Желанная — авест. Хшатра-Варья, один из Бессмертных Святых.

Гаты — стихотворные проповеди, сложенные самим пророком Заратуштрой, входящие в состав Ясны в качестве её самой священной части.

Дахака — имя Змея, дракона (авест. Ажи-Дахака), трёхголового «Змея-Горыныча», в арабизованной форме это имя известно как Заххак, Зохак-в «Шахнаме» злой царь-тиран, из плеч которого выросли змеи, питающиеся человеческими мозгами. В современном таджикском — аждахо «дракон».

Джамаспа — советник царя Виштаспы, покровителя Заратуштры, происходивший из семьи Хвова.

Дух Святейший — авест. Манью-Спэништа, одно из имён Ахура-Мазды.

Дэв, дэвы, даэвы — авест. даэва, злые и враждебные божества, демоны зороастрийской религии.

Заратуштра — пророк Заратуштра (его имя означает буквально, примерно «Тот, чей верблюд стар»), сын Порушаспы из семьи Спитама, проповедывал веру в Ахура-Мазду. В беседах с Ахура-Маздой пророк получал поучения и ответы на свои вопросы. В передаче на греческом языке его имя стало известно в Европе как Зороастр.
Истина — авест. Аша (этимологически Арта, ведическое Рта) порядок, истина, справедливость — основное понятие зороастризма, противопоставляющееся во всех явлениях понятию Друг (см. Ложь) и правящее всем миром. Лучшая Истина (авест. Аша-Вахишта)-один из Бессмертных Святых; «АшаВахишта» – название молитвы.

Кави — по-видимому, это слово обозначало в древности князяжреца, также провидца и поэта («кави» родственного русскому — чуять).

Кавиями именуются как враги зороастрийской веры (кавии-тираны), так и династия царей, покровительствовавших учению Заратуштры (в «Шахнаме»;Кеяниды): Ка-ви-Кавата (Кей-Кобад), Кави-Усан (Кей-Кавус), Кави-Пишина (Кей-Пишин), Кави-Аршан (Кей-Ареш), Кави-Сьяваршан (Сиявуш). Титулом Кави именуется также Виштаспа, первый правитель, принявший учение Заратуштры.

Ложь — авест. Друг — ложь, зло, беспорядок (принцип, противоположный Истине — аша).

Мазда — собственное имя верховного бога Ахура-Мазда, букв. Примерно «Господь Мудрость».

Маздаясна, маздаяснийцы — почитающие Мазду, чтущие Ахура-Мазду.

Мантра — «Святое Слово», божественное изречение, заклинание.

Митра — божество договора, связанное с поклонением Солнцу; ему посвящен десятый яшт Авесты.

Ормазд — более поздняя форма имени Ахура-Мазды.

Правда — авест. Арштат, божество правды и справедливости.

Святое Благочестие — авест. Спэнта-Армайти, одна из Бессмертных Святых, покровительствующая земле.

Спитама — родовое имя Заратуштры.

Спэнта — Армайти — см. Святое Благочестие.

Сраош(а) — букв. «Слушание», божество послушания, внимания и дисциплины; он держит в руке дубину, которой наказывает непослушных. Заратуштра называл его «величайшим из всех», потому что Сраоша ведает молитвами, посредством которых люди обращаются к богу, служат ему и борются с силами зла.

Сэрвара — букв. «Рогатый», имя Змея-дракона, которого убил Кэрсаспа.

Туса — иранский герой, поразивший сыновей туранского военачальника Ваэсаки в стране Канха на востоке Ирана.

Фраваши — душа, существующая до рождения и остающаяся жить после смерти; души – фраваши праведников, своего рода ангелы-хранители, способны помочь людям и потому призываются на помощь.

хаома — растение, напиток, из него изготовлявшийся, и божество растения и напитка (Хаома золотоглазый)

Хутаоса — царица, первая покровительница Заратуштры, жена царя Виштаспы, принявшего и распространившего вероучение пророка.

Целостность, Целость — авест. Харватат, один из Бессмертных Святых.

Ясна — букв. «богослужение, поклонение», основная зороастрийская религиозная служба, литургия; одна из книг Авесты, содержащая текст литургии.

Яшт — гимн отдельному божеству.

Кави — по-видимому, это слово обозначало в древности князяжреца, также провидца и поэта («кави» родственного русскому — чуять).

p Митра — божество договора, связанное с поклонением Солнцу; ему посвящен десятый яшт Авесты.

br //p Пророка Заратуштру уже не забудем….Аша-Вахишта — название второй по святости зороастрийской молитвы (букв. «Лучшая Истина»), начинающейся словами «Истина , благо лучшее…»

Извините, комментирование и пинг закрыты.

Извините, комментирование закрыто.